ГЕНЕРАЦИЯ ВИЭ.

Алексей Жихарев: с проблемами прошлого года мы разобрались 220 Алексей Жихарев, директор Ассоциации развития возобновляемой энергетики (АРВЭ) Насколько значимую долю в энергобалансе РФ сможет занять в будущем возобновляемая энергетика? Сможет ли сегмент ВИЭ развиваться без поддержки государства? Что нужно для того, чтобы в РФ появились свои технологии для ВИЭ? Об этом рассказал в ходе Открытого интервью шеф-редактору «ЭПР» Славяне Румянцевой директор Ассоциации развития возобновляемой энергетики (АРВЭ) Алексей Жихарев. — Прошлый год для возобновляемой энергетики в России выдался нелегким. Можно ли говорить, что ситуация уже изменилась? Как сегодня выглядят перспективы ВИЭ в нашей стране? — На сегодня по программе ДПМ реализовано больше 4 тыс. МВт проектов. В 2020-2021 годах у нас ежегодно вводилось около 1200 МВт. В прошлом году объем вводов сократился более чем на 50% — до 400 МВт. Снижение серьезное, но на фоне тех событий, что мы наблюдали в прошлом году, результат достойный. В этом году мы ожидаем примерно таких же объемов на рынке. И со следующих 2024–2025 годов объемы должны продолжить свой рост и могут достичь и 800 МВт, и даже выйти на рекордные 1500МВт в 2025 году. Пока же у нас до 2035 года по программе поддержки ориентир на 11-12 ГВт по объемам вода. Вполне вероятно, что будут вводиться дополнительные мегаватты, опять-таки благодаря конкуренции. Весной мы прошли очень важную веху — конкурсный отбор в рамках второго этапа программы поддержки ДПМВИЭ. (В прошлом году, в силу сложной экономической ситуации, было принято решение его не проводить.) Результаты конкурсного отбора показали, что интерес инвесторов к этой отрасли сохранился. Конкуренция была очень жёсткая, снижение цен составило от 20% до 30%. К первоначально определенному минимальному объему программы поддержки добавилось еще 300 МВт. Это достаточно серьезный дополнительный объём, который позволит участникам сектора получить эффект в виде дополнительных продаж локализованного оборудования созданных в России производств. В последние годы сектор ВИЭ в России следует в мировом тренде. У нас тоже объем вводов именно возобновляемой энергетики больше, чем традиционной. И это позитивный фактор для развития отрасли. — То есть вы с оптимизмом смотрите на развитие отрасли? — По-другому нельзя. Умеренный оптимизм всегда помогает достигать поставленных целей. Сейчас можно констатировать, что с проблемами прошлого года мы разобрались. Сняты логистические вопросы, наблюдается стабилизация по кредитным ставкам. Компании перенастроились на новый уклад и поставили себе новые амбициозные цели. Это что касается оптового рынка. Видим мы и большие перспективы розничного рынка, ведём работу по адаптации правил поддержки в новых условиях, оптимизируем их. Надеемся, что благодаря этому инвесторы смогут реализовать около 3 ГВт проектов дополнительно. При этом на повестке остаются проекты собственной генерации, которые промышленность уже активно внедряет. Количество таких проектов с каждым годом растет. Понятно, что это пока не те объемы, которые исчисляются десятками МВт, но все же есть проекты 5 МВт, 10 МВт для обеспечения собственных нужд, которые различными предприятиям промышленности успешно реализуются. Поэтому это тоже очень перспективное направление. Я считаю, что оно на горизонте до 2035 года покажет результат. — Если программа ДПМ ВИЭ будет свернута, обретет ли к этому времени сектор достаточный потенциал, чтобы двигаться дальше? — Часть проектов, отобранных уже в рамках второго этапа ДПМ ВИЭ уже дают цену электрической энергии конкурентоспособную по сравнению с проектами традиционной генерации. Не только строительство АЭС, газовых электростанций, но даже проекты в рамках модернизации КОММод зачастую могут стоить дороже чем проекты ВИЭ-генерации. Вопрос в правилах рынка и правилах ценообразования. В 2030 году будет проведен последний конкурсный отбор в рамках ДПМ ВИЭ, проекты будут вводиться до 2035 году включительно. С 2036 года, по сути, все новые проекты уже должны быть в каком-то другом измерении. Все упирается в вопрос, как вообще будет развиваться наш рынок электроэнергии. Что будет из себя представлять целевая модель нашего оптового энергорынка, да и розничных рынков тоже, и как будет выглядеть ценообразование? Если придём к тому, что эти проекты должны получать выручку только с рынка РСВ (рынок на сутки вперед), только за электрическую энергию, где сейчас цена около 1,5 рублей за кВт*час, то это не совсем справедливо. Важно синхронизировать подходы. Возможно нужно запустить альтернативный механизм оплаты мощности в рамках КОМ для ВИЭ-генерации. Другой механизм, который сейчас обсуждается, это переход к одноставочной цене, то есть к рынку одного товара. Это, наверное, тоже позволит синхронизировать вопрос ценообразования традиционной генерации и ВИЭ. Другим важным фактором остается углеродное регулирование. Если до 2035 года в этом направлении будут приняты решения и в цене на электрическую энергию начнет учитываться платеж за углеродные выбросы, то это существенно повысит конкурентоспособность проектов ВИЭ. Что точно неправильно, так это применять для разных технологий разные правила. Нужно синхронизировать все программы поддержки, создать унифицированную систему. Сейчас часто говорят о технологически-нейтральном отборе мощности, который позволит с учетом определённых критериев привести к общему знаменателю эффективность той или иной технологии. Это тоже нормальный подход, который даст возможность открыто конкурировать разным технологиям, избежать споров, какая технология эффективнее. Должен быть понятный набор критериев, который четко формулирует по какому треку развиваться энергосистеме. — Как развиваются технологии ВИЭ? Куда будут двигаться технологии для возобновляемых источников энергии:будут ли это совместные проекты с азиатскими компаниями, или наш рынок «завоюют»китайские компании? — У нас есть компании, которым есть чем похвастаться. В солнечной энергетике это Хевел и Unigreen energy. У Хевел есть завод в Чебоксарах, который производит конкурентоспособную продукцию с очень высоким КПД. Это результат научных взысканий и проведенных НИОКРов в рамках научно-технического центра, которые компания организовала вместе с институтом им. Иоффе. Сейчас Хевел совместно с компаний ЭнКОР реализуется проект в Калининграде, где будет производить около 1ГВт пластин и ячеек для солнечных модулей. Уже сформирован кластер, в котором реализуются все процессы, начиная с производства пластин, заканчивая сборкой модуля. Также компании вместе с Росатомом рассматривают возможность создания производств поликремния — основы для изготовления кремниевых слитков и пластин. Перспективы очень хорошие не только для обеспечения внутренних потребностей, но и для отправки на экспорт. Кстати, проекты, которые будут реализовываться по программе ДПМ с 2024 года, уже включают теркеры — опоры, которые позволяют солнечным модулям следовать за солнцем и повышают эффективность работы станции больше чем на 15% по КИУМ (Коэффициент использования установленной мощности). То есть уже достигается не 15%, а 17-17,5%. Это является серьезным приростом по эффективности. Практически все проекты, которые сейчас планируются, разрабатываются с учетом таких решений. Что касается ветра, то в прошлом году с рынка ушла компания Вестас. Но у нас есть свой лидер — Росатом в лице компании НоваВинд, которая активно реализует проекты по строительству генераций и производства оборудования, обеспечивая все текущие требования по степени локализации, и, что важно планируют ее наращивать. Обсуждаются планы по производству лопастей как раз на базе завода, который принадлежал Вестас. Компетенция и технологическая основа не потеряны. Ведется большая работа в направлении постоянных магнитов, систем управления ветроустановкой и ветрогенерирующим объектом. Степень локализации, с которой будут реализовываться проекты, начиная 2025-2026 года в рамках новой программы, будет превышать целевые показатели, установленные постановлением правительства. — Вы рассказали о перспективах разных направлений ВИЭ. А что скажете о технологиях, которые также есть в программе поддержки на оптовом рынке: это технологии на основе биогаза и биомассы малые ГЭС? — Сектор малых ГЭС, к сожалению, не демонстрирует высоких достижений. Целевой показатель в 750 МВт, который был установлен в рамках программы ДПМ еще в 2013 году не был достигнут, инвесторы заявили свой интерес только в части 210 МВт проектов МГЭС. Поэтому было принято ращение перераспределить более 500 МВт на объекты ветро— и солнечной энергетики. История повторяется и в рамках второго этапа ДПМ ВИЭ: запланированный объем поддержки — 30 млрд рублей (в деньгах 2021),что эквивалентно примерно 200 МВт малых ГЭС пока не привлекает своих инвесторов. На данный момент отобрано только около 100 МВт. В 2023 году на конкурсном отборе не было подано ни одной заявки, просто никто не пришел. И это несмотря на то, что в 2022 году правительство в целях дополнительной поддержки, расширила диапазон мощности объектов, добавив категории от 5 до 25 МВт, повысив предельный показатель эффективности для таких проектов более чем на 40%. Барьером для повышения привлекательности этого сектора можно считать незначительный объем суммарной поддержки, инвесторы заявляют, что под 200 МВт проектов сложно обеспечить конкурентный уровень капвложений и должную степень локализации. Кроме того, важно понимать, что проекты ГЭС сильно отличаются от проектов СЭС и ВЭС. На отбор по малым ГЭС инвестор должен выходить сильно более подготовленным с серьезным объемом уже накопленных затрат. Должна быть четко определенна площадка и конкретный створ, проведены изыскания, проработана предпроектная документация. Это требует серьезных первоначальных вложений на этапе, когда у инвестора совсем нет уверенности в выигрыше на конкурсном отборе. — Это логичный вывод, но требования к технической документации малых ГЭС должны быть. Нельзя сначала выиграть, а потом пойти искать реку. — Конечно. Считаю, что в части отбора малых ГЭС нужно перейти на модель, когда мы разыгрываем не просто мегаватты, а конкретные проекты. Для этого в рамках какого-либо института развития должен быть создан фонд, который соберет портфель проектов ГЭС, сделает по ним всю предпроектную работу, изыскания, определит технические решения. И на отбор уже пойдет проект с полной документацией, и в части земли, и техприсоединения, всех согласований и проектных решений. Инвестору останется только назвать сумму капитальных затрат. — На какие деньги будет существовать этот фонд? — На деньги инвестора. Тот, кто выиграет на отборе право реализовывать проект возмещает затраты фонду. Такой подход эффективно работает во многих странах мира. Более того, фонд может и зарабатывать на этом, включая дополнительно свою маржу. Его работа не должна дополнительно финансироваться или субсидироваться государством. Это может быть коммерческий проект. По поводу других технологий, таких как биогаз, биомасса, свалочный газ — это очень локальные проекты, малой мощности. Пока по ним на территории России производство либо совсем не локализовано, либо имеет малу степень локализации. Такие проекты важны, но по большей части должны поддерживаться именно со стороны регионов, так как они направлены больше не на производство электроэнергии, а на решение локальных вопросов утилизации отходов и прочих вопросов экологии.

НАЦПРОГРАММА ВИЭ.

Нужно разрабатывать нацпрограмму Тема номера Елена Восканян 210 Если рассматривать сферу возобновляемой энергетики в мировом масштабе, то в качестве основных трендов на 2023 год можно назвать, прежде всего, декарбонизацию, переход на электротранспорт, интенсификацию использования биомассы в качестве зеленого энергоресурса, а также «зеленый» водород. Насколько все это актуально для России, представители отрасли рассказали в рамках заочного круглого стола «ЭПР». Происходит перестройка рынка — Какие ключевые тренды в сфере ВИЭ вы бы выделили? Евгений Игнатьев, доцент кафедры гидроэнергетики и возобновляемых источников энергии НИУ «МЭИ»Евгений Игнатьев, доцент кафедры гидроэнергетики и возобновляемых источников энергии НИУ «МЭИ»: «В апреле 2023 года произошло важное событие с точки зрения процесса декарбонизации — Европейский парламент абсолютным большинством голосов проголосовал за введение Carbon Border Adjustment Mechanism (CBAM). Это углеродный тариф на импорт в ЕС продукции, производство которой связано с повышенной эмиссией углекислого газа. В общем случае данное событие серьезно подстегнуло бы процесс декарбонизации в России. Четыре из шести интенсивных углеродных секторов — алюминий, сталь, электроэнергия и удобрения — являются одними из основных статей российского экспорта на международный рынок, и в том числе в ЕС. Однако в текущих условиях российский экспорт в страны Евросоюза активно сокращается. Российские алюминий, сталь и удобрения попали под международные санкции. Соответственно, для их производителей адаптация под критерии CBAM больше не является приоритетом. При этом до 2022 года многие из российских компаний, в том числе «Норникель», рассматривали проекты строительства собственных ветровых и солнечных электростанций для того, чтобы снизить углеродные тарифы на свою продукцию. Что касается перехода на электротранспорт. Есть определенные подвижки в этом направлении: расширение сети зарядных станций, обусловленное введением 30%-ной субсидии на их техприсоединение к электросетям, или переход Мосгортранса на электробусы, который достиг особой интенсивности в 2021 году. Но, несмотря на это, в РФ этот процесс тормозят традиционное отставание российского автопрома и дешевизна углеводородного топлива. В 2022 году к ним добавился уход с российского рынка иностранных автопроизводителей. В данный момент надежды на переход на электротранспорт, в особенности в потребительском секторе, связаны с локализацией производства электромобилей китайскими автопроизводителями. В январе уже начались продажи «Москвича-Зе», который является локализованной на АЗЛК электрической версией китайского кроссовера JAC JS4. В области «зеленого водорода» до 2022 года в России существовали серьезные планы развития. В частности, Enel и Роснано намеревались построить к 2024 году в Мурманской области завод по его производству. Источником электроэнергии для электролизного производства должна была послужить запущенная Кольская ВЭС мощностью 201 МВт, а рынком сбыта — Евросоюз. Однако весной 2022 года данные планы были заморожены с учетом фактического банкротства Роснано, ухода Enel из России и введения европейских санкций. Оказались пересмотрены и планы других компаний — завод по производству «голубого водорода» на Сахалине (Росатом совместно с французской Air Liquide), Обский ГХК (Новатэк) по производству «голубого водорода» и аммиака и производство «зеленого водорода» в Иркутской области (En+). Это произошло как из-за приостановки сотрудничества со стороны технологических партнеров, так и из-за отказа со стороны перспективных покупателей (Южной Кореи, Японии и Германии). Вопросам использования биомассы в качестве зеленого энергоресурса в России исторически уделялось мало внимания, особенно на фоне растущего интереса к ней буквально во всех наших странах — партнерах по БРИКС. Это обусловлено, прежде всего, дешевизной и доступностью ископаемого углеводородного топлива в нашей стране. Но и здесь есть положительные примеры — в Московской, Вологодской, Белгородской и Ленинградской областях уже функционируют в рамках мер стимулирования БиоЭС общей мощностью 23,6 МВт. В будущем этот показатель будет расти, хоть и не такими темпами, как другие ВИЭ. В данный момент для РФ основным трендом является перестройка рынка ВИЭ. Причины: изменение структуры собственности компаний — основных игроков на рынке, перезапуск рынка основного энергооборудования на основе локализованных производств, обновление уже локализованного оборудования и налаживание экспорта в неевропейские страны. Стоит отметить, что текущие мировые тренды в сфере ВИЭ в последние годы перестали совпадать с российскими в связи с санкционным режимом и разрывом международного технологического сотрудничества и экономических цепочек со странами Запада. В данный момент для РФ основным трендом является перестройка рынка ВИЭ. Она связана с изменением структуры собственности компаний — основных игроков на рынке, перезапуском рынка основного энергооборудования на основе локализованных производств, обновлением уже локализованного оборудования и налаживанием экспорта в неевропейские страны. Последние три пункта особенно характерны для российской ветроэнергетики». Сергей Морозов, председатель правления РАВИ, депутат ГосдумыСергей Морозов, председатель правления РАВИ, депутат Госдумы: «Главный мировой тренд — энергопереход от ископаемых источников энергии к ВИЭ-генерации. В Европе зеленый переход начался не вдруг, а вместе с высокими ценами на нефть сначала в 70-е годы прошлого века, затем в начале XXI века. Из России это явление десять лет назад выглядело как действие, вызванное необходимостью: нет в Европе нефти, поэтому им и нужны альтернативные источники энергии. Последние мировые события показали, что движение к отказу от ископаемых источников энергии в сторону ВИЭ носит общемировой характер. Эксперты продолжают спорить только о том, когда конкретно закончится зависимость от угля или от нефти и какие альтернативные источники энергии перспективнее для той или иной страны. В РФ сейчас приходит осознание нашего потенциала ветровой и солнечной энергии. Российский технический потенциал ветровой энергии составляет порядка 1000 ГВт. Для сравнения, во всем мире сейчас построено 850–900 ГВт». Борис Файн, директор Центра экономических исследований инфраструктурных отраслей ИЭЕМ РАНХиГСБорис Файн, директор Центра экономических исследований инфраструктурных отраслей ИЭЕМ РАНХиГС: «ВИЭ в России продолжают развиваться, несмотря на изменение экономической ситуации. Однако, если в мире за последние годы ежегодные объемы инвестиций и вводов мощностей возобновляемой генерации превышают аналогичные показатели по традиционным энергоисточникам, то в России ВИЭ развиваются более сбалансированными темпами. При этом не ставится задача максимально быстрого замещения традиционных энергоисточников за счет возобновляемых. В условиях сложившейся структуры генерации и из-за особенностей топливно-энергетического баланса страны целесообразным является постепенное развитие возобновляемой энергетики. А также отработка технологий промышленного производства соответствующего оборудования, в том числе с использованием механизмов господдержки». Тимофей Башлыков, к.с.н., доцент кафедры «Менеджмент и общегуманитарные дисциплины» Липецкого филиала Финуниверситета при Правительстве РФТимофей Башлыков, к.с.н., доцент кафедры «Менеджмент и общегуманитарные дисциплины» Липецкого филиала Финуниверситета при Правительстве РФ: «Среди ключевых трендов в России следует выделить широкое использование ГЭС. На гидроэнергетику приходится около 20% установленной мощности российской электроэнергетики и 17–18% выработки электроэнергии (примерно 98% выработки всей возобновляемой энергии). Кроме того, в числе трендов: интерес к развитию солнечной, геотермальной и ветроэнергетики, поддержка государством сферы ВИЭ через реализацию различных программ и проектов (например, программа «5 гигаватт»), повышение уровня экологичности технологий, связанных с ВИЭ. В целом, тенденции в данной сфере в России и мире совпадают. Другое дело, что в силу политических причин в настоящее время возможности познакомиться с передовыми мировыми технологиями и применить их на практике в нашей стране серьезно ограничены». Качать надо не только руки — Как вы считаете, на развитии какого направления возобновляемой энергетики в РФ стоит сделать упор? Евгений Игнатьев: «В данный момент вопрос развития, скорее, выглядит как вопрос поддержки. Экономический шок 2022 года наиболее сильно ударил по российской ветроэнергетике. Поскольку именно она занимала наибольшую долю рынка ВИЭ до кризиса, то основное внимание должно быть нацелено на нее. Прежде всего, стоит вопрос помощи в выполнении программы ДПМ ВИЭ в части уже отобранных проектов. Также существует большой неиспользуемый потенциал в области развития малой гидроэнергетики. Увеличение верхней границы установленной мощности с 25 до 50 МВт было, безусловно, положительной мерой, как показал первый отбор конкурсных проектов второй очереди программы ДПМ ВИЭ в сентябре 2021 года. Но, как показал второй отбор, прошедший в марте-апреле 2023 года, это было одноразовой мерой. Ни одного проекта малых ГЭС отобрано не было. Для развития данного направления нужно изменять подход к поддержке. Необходимо уменьшить нижнюю границу мощности с 5 до 1 МВт (это общепринятая граница, с которой ГЭС можно классифицировать, как малую). А также добавить возможность участия в конкурсных отборах ДПМ ВИЭ проектов реконструкции ГЭС, предполагающих полную замену основного энергетического оборудования. Данные меры позволили бы резко поднять число проектов малых ГЭС, участвующих в отборах, а также привлечь к ним другие компании, помимо РусГидро». Сергей Морозов: «Изначально идея РАВИ заключалась в создании комплексной программы для ветроэнергетики. Но современная экономика — сложный механизм, в котором, на мой взгляд, нельзя стимулировать что-то одно. Даже спортсмены-армрестлеры качают не только руки, а работают над всеми мышцами. Поэтому нам необходимо заниматься всеми видами ВИЭ-генерации, изучать их потенциал и исходить из экономической целесообразности. В итоге мы пришли к тому, что надо разрабатывать национальную программу развития ВИЭ в России. На общем собрании РАВИ коллеги нас с такой формулировкой поддержали. При принятии решений о сотрудничестве с другими странами нужно учитывать экономический эффект, который получит не отдельное предприятие или отрасль, а все народное хозяйство страны. В сотрудничестве с лидерами можно научиться многому, если ставить себе такую задачу. Трансфер технологий — полезная вещь. Только вступать на этот путь надо с умом. Последний пример — выбор турбин для электроснабжения проекта «Арктик СПГ-2» компанией «Новатек». Есть проблема — в России отсутствует налаженное производство российских турбин большой мощности (более 100 МВт) и лопаток для газовых турбин. Доля импорта составляет 100%. Для решения проблемы здесь и сейчас компания выбирает китайское оборудование, не желая нести риски, которые могут принести российские пилотные образцы. Однако самый большой парадокс заключается в том, что китайцы локализовали советский проект 1980-х годов, который получили от украинского завода «Зоря-Машпроект», и теперь поставляют продукцию нам. Вот такой круговорот технологий в природе. Наиболее перспективные направления для России: ветровая, солнечная, малая гидроэнергетика. В отдельных регионах страны имеются благоприятные условия для развития геотермальной и приливной энергетики. Обидно, что в 90-е годы мы многое упустили в технологическом развитии, но нельзя совершать одни и те же ошибки дважды. В сотрудничестве с мировыми лидерами надо создавать, развивать и загружать собственные производственные силы. При создании любого совместного предприятия первый вопрос должен быть о том, кому будет принадлежать интеллектуальная собственность. У тех, кто принимает решения о господдержке и финансировании таких проектов, тоже должно быть мышление государственного мужа, а не «эффективного менеджера». Буквально на днях Правительство РФ приняло Концепцию технологического развития России на период до 2030 года. Там четко сформулировано, что нужно. Во-первых, обеспечение национального контроля над воспроизводством критических и сквозных технологий на основе собственных линий разработки. Во-вторых, переход к инновационному росту экономики. В-третьих, обеспечение устойчивого развития производственных систем. Вот практическим наполнением этих принципов и надо сейчас заниматься». Борис Файн: «Наиболее перспективные направления для России — ветровая, солнечная и малая гидроэнергетика. В отдельных регионах страны имеются благоприятные условия для развития геотермальной и приливной энергетики. В целом, развитие всех этих направлений должно учитывать технический потенциал соответствующих видов возобновляемых ресурсов, возможности производителей оборудования, наличие спроса со стороны потребителей энергии и экономическую эффективность проектных решений». Тимофей Башлыков: «Ветроэнергетика представляется неплохим путем дальнейшей эволюции возобновляемой энергетики в России. По экспертным оценкам, с ее помощью можно производить до 25% всей электроэнергии в стране. Ветропарки можно создавать на побережье Тихого и Северного Ледовитого океанов, в горах Кавказа, Урала и Сибири». Важно учитывать трек-рекорд — А какое направление зеленой энергетики для нашей страны является наименее перспективным и с чем это связано? Евгений Игнатьев: «Здесь скорее стоит дифференцировать поддержку по иным критериям. Во-первых, отбор проектов для участия в отборах по ДПМ ВИЭ должен более внимательно учитывать трек-рекорд участников. Под трек-рекордом имеется в виду репутация участника, которую можно выразить каким-то статистическим показателем. Например, просрочка с пуском в эксплуатацию отобранных объектов. Такой подход позволит исключить компании с большим процентом невыполнения по плановым датам начала поставки мощности. Либо не имеющих на момент конкурса связанного поставщика локализованного основного энергетического оборудования. А также ввести что-то вроде профайлинга, чтобы такая компания не могла прикрыться другим юридическим лицом, как это произошло при отборе проектов в этом году. Подобные меры позволили бы отсечь недобросовестных участников отборов. Кроме того, к настоящему моменту некоторые регионы РФ уже полностью выбрали свой потенциал развития ВИЭ с точки зрения внутреннего энергопотребления и передающей возможности сетей для перетока в соседние регионы. Ярким примером является Республика Калмыкия, в которой годовой максимум электрической нагрузки составляет 124 МВт, а суммарная установленная мощность электростанций на базе ВИЭ — 450,7 МВт. В данный момент к превышению величины установленной мощности ВИЭ над годовым максимумом нагрузки приближается и Астраханская область. Очевидно, что в дальнейшем стоит отказаться от поддержки проектов ВИЭ в этих регионах». Тимофей Башлыков: «Россия обладает огромной территорией с разнообразными ландшафтами, природными богатствами и климатическими зонами. Теоретически любой из современных источников возобновляемой энергии может найти свое место в национальной энергосистеме — на практике многое будет зависеть от региональной специфики и экономической целесообразности».

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ ГОТОВА. ВИЭ.

Промышленность готова к локализации Елена Восканян 190 Министерство энергетики РФ рассчитывает на то, что политика в части возобновляемых источников энергии (ВИЭ), выработанная совместно с Минпромторгом и рыночным сообществом, не толкнет РФ в безумную погоню за строительством огромного числа объектов нетрадиционной энергетики. И при этом позволит осваивать решения и технологии а, при более благоприятной ситуации на международных рынках, экспортировать их. Минэнерго: Курс выбран верный Евгений ГрабчакЛюбые механизмы поддержки нужно рассматривать не как сиюминутную выгоду, а как инвестиции в будущее, полагает заместитель министра энергетики РФ Евгений Грабчак. «Выбранный курс по подтверждению уровня локализации проектов, реализовывающихся в рамках ДПМ ВИЭ, и применению в цене на мощность понижающих коэффициентов для солнца, ветра и малых ГЭС стимулирует больше локализации. Позволяет развивать технологии и обеспечивать окупаемость объектов — заводов и производств с достигнутым на текущий момент уровнем локализации. Проблемы, возникшие с уходом зарубежных производителей, постепенно решаются. Надеемся, что механизмы, разработанные совместно с Минпромторгом по поддержке увеличения и размещения объемов ВИЭ, поддержке самих производств, в частности специнвестконтракты (СПИК), помогут воспроизвести утраченные технологии на территории РФ. И при более благоприятной ситуации экспортировать их на международные рынки. Однако мы бы хотели, чтобы с точки зрения развития технологий не только солнце и ветер будоражили наши умы, но и свою большую часть отвоевала малая гидрогенерация». Минпромторг: В РФ есть свои отличники Денис КляповскийНе все цели в сфере ВИЭ, намеченные ранее, достигнуты, констатирует заместитель директора департамента машиностроения для топливно-энергетического комплекса Минпромторга России Денис Кляповский. «Когда обсуждалась программа ДПМ ВИЭ 2.0, ожидалось, что инвестиции в промышленность составят не менее 50 млрд рублей именно в заводы. Что мы достигнем 2,57 ГВт производственных возможностей в год. Тогда считались солнце и ветер. Речь шла не менее чем о пяти заводах, создании порядка 5–7 тысяч рабочих мест. Проблем много, вводы сдвигаются. Тем не менее в конце 2022 года мы ввели Кольскую ВЭС, достроили ее с игроком, который ушел с российского рынка. Совокупная сумма принятых инвестиционных решений составляет порядка 30 млрд рублей. Свои отличники есть и в солнце, и в ветре. В солнце это компания «Хевел», которая расширяет производственные возможности в Новочебоксарске. И два новых завода в Калининграде, огромные инвестиции в производство двух элементов — преобразователей и пластин, которые потом будут использоваться в том числе на заводе «Хевел». На этом не останавливаемся, обсуждаем производство кремния. Есть вопросы относительно производства стекла, что оказалось не так просто, как мы думали изначально. Кроме того, в России имеется как минимум четыре игрока, которые производят инверторы для солнечных станций. Остается вспомогательное оборудование и металлические основания». РАВИ: Действия против имитации Игорь БрызгуновВсе критические компоненты, необходимые для производства ветроэнергетических установок (ВЭУ), уже производятся или могут производиться в России, заявил заместитель председателя РАВИ Игорь Брызгунов. «Мы убеждены: российской ветроэнергетике нужен свой ветрогенератор мультимегаваттного класса. Да, один есть у «НоваВинда», это замечательно, но одного мало, это не конкуренция. Интеллектуальная собственность на такой ветрогенератор должна принадлежать российской компании. У нас есть несколько предложений, которые можно охарактеризовать как «действия против имитации». В частности, считаем необходимым создать полномасштабный проект по осуществлению НИОКР и переходу к серийному выпуску независимой от иностранных вендоров национальной ВЭУ. Также предлагаем рассмотреть параллельный проект полного выкупа технологии компетентными российскими компаниями с целью организации серийного производства отечественных ветрогенераторов мультимегаваттного класса». «Солар Системс»: Все — собственными силами Михаил МолчановПроизводитель моно— и мультикристаллических кремниевых слитков и пластин рассматривает возможность углубления локализации и производства фотоэлектрических солнечных модулей, сообщил член совета директоров ООО «Солар Системс» Михаил Молчанов. «Мы выиграли самый большой объем на рынке, зайдя в первый отбор в 2014 году. И перед нами вставал вопрос, как это локализовывать. Все проекты, которые мы получили, довели до конца, ни один не продали, не бросили. Всю локализацию выполнили собственными средствами, ни разу не обратились к партнерам, конкурентам. Наша компания организовала производство моно— и мультикристаллических слитков и пластин на заводе в Подольске. Последующие переделы были уже сделаны при помощи китайских партнеров. Это позволило локализовать фотоэлектрический модуль. Плюс привели компании, которые делали для нас преобразователи. С началом кризисных явлений в экономике органы исполнительной власти реализовали антикризисные меры. Мы получили перенос отборов, возможность отказаться от проектов без штрафов, сдвинуть сроки вводов объектов. Ни одного изменения по постановлениям Правительства РФ № 426 и № 719, регламентирующих локализацию производства, заявлено не было. Ни нами, ни коллегами. Ни теми, кто хотел бы прийти на этот рынок и что-то поправить в этой локализации, упростить ее, чтобы она работала по-другому и была более доступна для прочих участников. Это значит, промышленность готова к выполнению углубленной программы локализации». АО «НоваВинд»: Сможем выйти на 120 баллов Виктор СвистуновПовышение требований к выходящему на рынок оборудованию, в частности критериев уровня локализации, позволит защитить отечественного производителя и получить положительные эффекты от конкуренции. Так считает заместитель генерального директора по развитию технического и нормативного регулирования ВЭС АО «НоваВинд» Виктор Свистунов. «Сейчас мы рассматриваем требования к локализации, скорее, не как требования для участия в программе ДПМ ВИЭ. А как жизненно необходимое для нас условие стабилизации цепочек поставки при производстве ветроэнергетического оборудования. В противном случае не сможем управлять в том числе и стоимостью. Наши шаги сегодня — это попытка выстроить полностью независимую и управляемую цепочку производства ВЭУ в России. Мы даже особо не смотрим на требования, которые предъявляются к нам в соответствии с нормативными правовыми актами, поскольку уже сейчас готовы выйти на уровень локализации 120 баллов. В нашу программу локализации ВЭУ входит производство генератора, гондолы, ступицы, башни безредукторной ВЭУ 2,5 МВт. Это позволяет нашим проектам достигать уровня локализации 68%. Производственная мощность завода по выпуску безредукторной ВЭУ — 300–400 МВт в год. Общий объем инвестиций в производство составил свыше 2 млрд рублей. Проект реализуется с использованием механизма СПИК. Совместно с «Юматексом» выходим на производство лопастей и надеемся к 2025 году поставлять на наши ветропарки полностью отечественные лопасти. С учетом этих планов, производство генератора, гондолы, ступицы, лопасти, башни, системы управления ВЭУ будет осуществляться на территории РФ. Дальнейшая задача — последовательно углубить локализацию, освоив производство субэлементов и материалов». АО «ТЯЖМАШ»: Мешают ограничения Юрий ТухариновЧтобы развивать энергомашиностроение для малых гидроэлектростанций (МГЭС), нужно, прежде всего, отменить требования по выполнению целевых показателей экспорта для МГЭС, планируемых к вводу в эксплуатацию на территории РФ после 1 января 2025 года. В этом уверен коммерческий директор бизнес-единицы по гидротурбинному оборудованию АО «ТЯЖМАШ» Юрий Тухаринов. «Сегодня существуют ограничения из-за международных санкций. В частности, экспортеры не могут получить банковские гарантии, а это инструмент обеспечения исполнения контрактов. Также мешают международные блокирующие санкции в отношении российских банков и компаний. Кроме того, необходимо снизить уровень ввозных пошлин на заготовки — литье и поковки, используемые для изготовления гидротурбин. Это позволит уменьшить цену конечной продукции. Российские заводы — изготовители заготовок (литья и поковок) предлагают экономически невыгодные условия. У них высокие цены на продукцию. По некоторым позициям стоимость заготовок превышает предложение зарубежных поставщиков из дружественных стран в два раза и больше. Ввиду перегруженности производственных мощностей РФ по выпуску литья и поковок из кавитационностойкой нержавеющей стали для гидротурбин увеличены сроки изготовления продукции. По литью для средних и крупных турбин в РФ имеется единственный производитель — УЗТМ-Картекс. По сути, это монополист, незаинтересованный в снижении цен, который был единственным и 30 лет назад. Следовательно, развития в отрасли не происходит». (По материалам расширенного заседания секции по законодательному регулированию распределенной энергетики и ВИЭ Экспертного совета при Комитете Госдумы по энергетике)

МИКРО ГЕНЕРАЦИЯ. ВИЭ.

Микрогенерация в МКД: Стоит ли играть в странные игры? Елена Восканян 210 Интерес к микрогенерации в России растет. Все чаще возникают дискуссии о возможности установки подобных объектов в многоквартирных жилых домах (МКД). Так ли это просто на практике или есть подводные камни, которые стоит учесть? Потенциал есть, но нет понимания Проблема использования микрогенерации на ВИЭ в МКД в нашей стране совершенно не проработана, убежден первый заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике Валерий Селезнев. «Нет понимания, как и на каком этапе может присоединяться объект микрогенерации, кто может быть его владельцем внутри МКД, какие технические ограничения должны быть с учетом требований надежности и безопасности, кто может покупать электроэнергию. Каждый раз, говоря о барьерах в развитии микрогенерации, эксперты отрасли отмечают недоступность использования МКД для микрогенерации как значительный фактор, сдерживающий дальнейшее развитие этого направления в РФ. Законом объект микрогенерации ограничен по мощности — не более 15 кВт. Такие объекты не могут быть использованы для МКД для целей квалификации как объекты микрогенерации. Вместе с тем, в России многоквартирные дома являются преимущественным типов жилых объектов. У нас 30% населения проживает в индивидуальных частных домах, остальные — в МКД. Сложность крыш и фасадов таких домов обладает потенциалом для установки тех же фотоэлектрических модулей. Во многих странах гражданам уже доступны опции установки солнечных панелей в кондоминиумах или МКД не только на крышах, но и на окнах, балконах и балюстрадах зданий. Такие технологические возможности порождают дополнительный спрос на продукцию. Это дает мультипликативный эффект для отрасли ВИЭ и повышает процент чистой электроэнергии в энергобалансах стран». Прописать и обязать Одним из препятствий, мешающих развитию микрогенерации в МКД, являются юридические проблемы, говорит технический директор ООО «СолнцаДом» Николай Дрига. «Первая проблема связана с общей долевой собственностью, установленной на ограждающих конструкциях. Пять лет назад, когда законодательство для микрогенерации только разрабатывалось, у меня был заказчик на 23-м этаже — последнем в МКД. Эта квартира типа пентхаус, над ним бетонное перекрытие, плоская крыша. Он горел желанием, имел финансовые возможности поставить там солнечную электростанцию (СЭС). Мы даже успели запроектировать опорные конструкции. Но все застопорилось из-за того, что ему нужно было обязательно собрать подписи у 2/3 всех собственников ТСЖ. А в доме 200 квартир. Вторая юридическая проблема — наличие ТСЖ в МКД. Кто должен быть собственником СЭС? Я думаю, что ТСЖ. Эта система должна приносить плюс именно членам ТСЖ, которые всегда расходуют средства на общедомовые нужды (ОДН). С одним из председателей ТСЖ мы пытаемся разработать варианты, как убедить членов ТСЖ вложиться в СЭС, которая будет обеспечивать хотя бы общедомовые нужды. Но до сих пор никому из знакомых мне председателей ТСЖ убедить большинство членов товарищества скинуться деньгами на эти цели не удалось. В большой компании договориться практически невозможно. Именно поэтому главным моим предложением является законодательное регулирование по обязательству установки подобных решений. Речь идет не только о солнце. Энергоэффективные технологии — это и тепловые насосы, там, где есть проблемы с газом. И общая степень утепления здания до соответствующей категории. В идеале такие решения нужно учитывать уже при проектировании зданий. В законодательстве требуется более точно прописать требования к энергоэффективности новых зданий. Обязать застройщиков проектировать все МКД уже с включением в состав проекта любых решений по снижению энергопотребления. В первую очередь, это СЭС как общедоступный ресурс для любого региона, тепловые насосы, энергоэффективные потребители, умные приборы учета. Можно вообще строить дома, оснащенные вентилируемыми фасадами, изначально закладывая в проект соответствующие решения. Еще один вариант — повышение тарифов на всю коммуналку в энергонеэффективных МКД и вообще в любых новых зданиях, сооружениях в стране. Степень энергоэффективности должна определяться неким стандартом. Знаю, что Минстрой разработал и начинает внедрять что-то в этом плане, но, по моим данным, вопросы именно энергоэффективности в части ответственности застройщика и собственника не доработаны. Предлагаю продумать вопрос введения некоего коэффициента неэффективности». Реальный кейс В конце 2023 года в одном из регионов РФ запустят в эксплуатацию МКД, на фасаде которого будет установлена СЭС суммарной мощностью 181 кВт. Ожидается, что это позволит будущим жителям экономить на затратах на общедомовые нужды. Вся выработанная электроэнергия от фасадной СЭС будет уходить на возмещение потребления из сети для ОДН, сообщил начальник Управления проектных продаж ГК «Юнигрин Энерджи» Александр Маслов. «Принцип работы системы заключается в том, что выработанная электроэнергия передается во внутреннюю электрическую сеть объекта для приоритетного потребления. Дефицит электроэнергии компенсируется по сети. Если говорить о показателях проекта, то годовая выработка BIPV (Building Integrated Photovoltaics — это солнечные электростанции двойного назначения. Помимо генерации электроэнергии, BIPV-станции выполняют функцию конструктивных элементов зданий и сооружений) составит 150 МВт•ч. В первый год эксплуатации ожидается снижение выбросов СО2 на 52,5 тысячи тонн». Подмена понятий недопустима Перед тем как запускать проекты по микрогенерации в МКД, нужно снять ряд важных вопросов, убеждена председатель правления Ассоциации ГП и ЭСК Наталья Невмержицкая. «МКД — это коллективная собственность, общее имущество и так просто вписать туда объект микрогенерации не получится. Концепцию надо прорабатывать серьезно. Первый вопрос, на который следует ответить, — запускаем ли мы установку микрогенерации в МКД отдельными собственниками или это всегда должно быть общее имущество, которое можно использовать в целях ОДН. Мы считаем, что это может быть исключительно в формате общего имущества. Следующий вопрос — можем ли мы устанавливать объекты микрогенерации на существующих зданиях? Установка солнечных панелей на действующие объекты вызывает вопросы, в том числе надо корректно соблюсти все требования, которые сейчас отсутствуют. Ведь речь идет о надежности и безопасности энергоснабжения всего дома. Не надо пытаться в угоду того, чтобы развивать технологии, заниматься подменой понятий. У нас отсутствие энергоэффективности в базе связано с низкими тарифами. Мы можем, конечно, решить, что вместо того, чтобы повышать тарифы до экономически обоснованного уровня, будем повышать их только для энергонеэффективных домов. Но это странная игра. Вместо того чтобы создавать стимул у граждан заниматься энерго-сбережением, повышая тарифы, принудительно пытаться их заставлять это делать, устанавливать солнечные панели? Очень странная логика. Единственный рабочий инструмент, который сейчас существует в отношении построенных зданий, — это энергосервис. Теоретически можно предположить, что в формате энергосервиса можно проводить мероприятия по установке солнечных панелей. Однако проблема реализации энергосервиса, связана с неопределенностью конечного плательщика. Граждане могут менять управляющую организацию. На площадке Комитета по ЖКХ разрабатывается очередная итерация поправок в № 261-ФЗ по развитию энергосервиса. В частности, там прописывается, что все имущество, создаваемое в ходе энергосервиса, если за него платят все граждане, превращается в общее имущество МКД. В части нового строительства переживаем за то, что дорогостоящие технологии, установленные на этапе стройки, имеют срок службы. Сколько будет стоить замена этого оборудования и поддержание его работоспособности? Вероятно, если дом построили в таком виде, он потом должен обеспечивать необходимый объем выработки электрической энергии, что при проектировании заложено как основной источник потребления на ОДН. Плюс граждане должны быть готовы, что за замену панелей придется платить. Основная часть домов идет по стандартной программе капремонта за счет средств котла через регионального оператора, и там никакие солнечные панели никто менять не будет». (По материалам заседания Секции по законодательному регулированию распределенной энергетики и возобновляемых источников энергии Экспертного совета при Комитете Госдумы по энергетике под руководством Валерия Селезнева).

КОТЛЫ ТВЁРДОТОПЛИВНЫЕ. ГАЗОГЕНЕРАТОРНЫЕ.

Котлы твердотопливные газогенераторные ОС-800, ОС-1000, ОС-1500, ОС-2000 Модели серии Особенности модели ОС-800, ОС-1000, ОС-1500, ОС-2000 Наличие экологической государственной экспертизы решает все вопросы с экологами. Предназначены для работы на топливе: ЛДСП, ДСП и пыль МДФ (можно топиться только пылью). Вихревая топка позволяет постоянно поддерживать температуру выше 1000 градусов. Полностью автоматизирован процесс. Индивидуальная компоновка - позволяет установить нашу котельную в небольшое помещение или под навес, и сделать эксплуатацию максимально удобной. Средний срок окупаемости 6 месяцев. БОЛЕЕ 100 ВИДОВ ТОПЛИВА. УСТРОЙСТВО 1. водогрейный котел "КВр", 2. вихревая топка "ТВ", 3. вентилятор наддува, 4. шнековый транспортер, 5. расходный бункер, 6. ворошитель, 7. трап для ручной загрузки, 8. обвязка котла (напорная), 9. обвязка котла (обратная), 10. боров с патрубком и эжектором, 11. вентилятор эжектора, 12. распределительный коллектор (напорный), 13. распределительный коллектор (обратный), 14. автоматическая система управления "ШТР". Сравнение Вихревой топки с колосниковой топкой Тип топки Вихревая топка (запатентована) Колосниковая топка Принцип работы топки Топливо вдавливается снизу под зеркало горения. А вентиляторы надува раскручивают пламя до температуры 1500 градусов Цельсия. Таким образом температура горения постоянна и не подвержена колебаниям. Такой тип подачи топлива подходит для материалов, таких как пыль МДФ и мелкая щепа. А также хорошо себя зарекомендовал для щепы с естественной влажностью. Топливо высыхает до возгорания. Топливо насыпается сверху на зеркало горения, а надув идет снизу через колосники. Такой вид котлов предназначен для угля и дров. Температура горения при сыпучих материалах падает, так как колосники забиваются и подача кислорода падает. При подаче топлива сверху на зеркало горения снижается температура горения при каждой новой загрузке, пока новая партия топлива не разгорится (например, тоже самое происходит, когда в костер мы добавляем очередную охапку дров, пламя гаснет). Все это приводит к склеиванию формальдегидов, и образованию нагара. Зольность При температурах горения около 1500 градусов Цельсия, зольность минимальная и с 1 МВт получается около 12 л залы за сутки. Что легко убрать скребком. Не высокие температуры горения приводят к высокой зольности. И необходимости установки специальных систем золоудаления. Экология Оптимизированный процесс горения с 3-мя очагами дожига при температуре выше 1000 градусов Цельсия. Формальдегиды разрушаются на составные части, а резкое понижение до 300 градусов не дает им соединится вместе. Нет дыма из дымовой трубы. Колосниковый тип котельных не подходит для работы на ДСП и МДФ. Так как при температурах ниже 600 градусов Цельсия МДФ и ДСП спекается на колосниках и это сложно удалить. Из дымовой трубы валит черный дым. А если работать на чистой пыли МДФ, то колосники менее чем за день забиваются пылью и прогорают. Разрешительная документация Оборудование сертифицировано по всем нормам. Для утилизации отходов мебельного производства необходимо иметь Гос. Экспертизу по 174 ФЗ. Без данного документа эксплуатация оборудования запрещена. Отсутствует государственная экспертиза по 174 ФЗ. Периодичность обслуживания Чистить оборудование на отходах мебельного производства, по опыту эксплуатации, нужно не реже 1 раза в три месяца. При работе на отходах мебельного производства периодичность чистке 7-14 дней. УСТРОЙСТВО 1. водогрейный котел "КВр", 2. вихревая топка "ТВ", 3. вентилятор наддува, 4. шнековый транспортер, 5. расходный бункер, 6. ворошитель, 7. трап для ручной загрузки, 8. обвязка котла (напорная), 9. обвязка котла (обратная), 10. боров с патрубком и эжектором, 11. вентилятор эжектора, 12. распределительный коллектор (напорный), 13. распределительный коллектор (обратный), 14. автоматическая система управления "ШТР". Сравнение Вихревой топки с колосниковой топкой Тип топки Вихревая топка (запатентована) Колосниковая топка Принцип работы топки Топливо вдавливается снизу под зеркало горения. А вентиляторы надува раскручивают пламя до температуры 1500 градусов Цельсия. Таким образом температура горения постоянна и не подвержена колебаниям. Такой тип подачи топлива подходит для материалов, таких как пыль МДФ и мелкая щепа. А также хорошо себя зарекомендовал для щепы с естественной влажностью. Топливо высыхает до возгорания. Топливо насыпается сверху на зеркало горения, а надув идет снизу через колосники. Такой вид котлов предназначен для угля и дров. Температура горения при сыпучих материалах падает, так как колосники забиваются и подача кислорода падает. При подаче топлива сверху на зеркало горения снижается температура горения при каждой новой загрузке, пока новая партия топлива не разгорится (например, тоже самое происходит, когда в костер мы добавляем очередную охапку дров, пламя гаснет). Все это приводит к склеиванию формальдегидов, и образованию нагара. Зольность При температурах горения около 1500 градусов Цельсия, зольность минимальная и с 1 МВт получается около 12 л залы за сутки. Что легко убрать скребком. Не высокие температуры горения приводят к высокой зольности. И необходимости установки специальных систем золоудаления. Экология Оптимизированный процесс горения с 3-мя очагами дожига при температуре выше 1000 градусов Цельсия. Формальдегиды разрушаются на составные части, а резкое понижение до 300 градусов не дает им соединится вместе. Нет дыма из дымовой трубы. Колосниковый тип котельных не подходит для работы на ДСП и МДФ. Так как при температурах ниже 600 градусов Цельсия МДФ и ДСП спекается на колосниках и это сложно удалить. Из дымовой трубы валит черный дым. А если работать на чистой пыли МДФ, то колосники менее чем за день забиваются пылью и прогорают. Разрешительная документация Оборудование сертифицировано по всем нормам. Для утилизации отходов мебельного производства необходимо иметь Гос. Экспертизу по 174 ФЗ. Без данного документа эксплуатация оборудования запрещена. Отсутствует государственная экспертиза по 174 ФЗ. Периодичность обслуживания Чистить оборудование на отходах мебельного производства, по опыту эксплуатации, нужно не реже 1 раза в три месяца. При работе на отходах мебельного производства периодичность чистке 7-14 дней.

ПОДДЕРЖКА ВЫСТАВКИ ВИЭ.

Выставка RENWEX получила официальную поддержку Минпромторга России Выставки, конференции Центральный ФО 124 Выставка «Возобновляемая энергетика и электротранспорт» – RENWEX вошла в сводный план участия Минпромторга России в выставочных и конгрессных мероприятиях, проводимых на территории Российской Федерации в 2023 году. Оказывая поддержку отраслевым выставочным проектам, Минпромторг России подчеркивает их значимость для развития экономики страны и продвижения продукции российских производителей на внутреннем и международном рынках. К главным трендам выставочного проекта текущего сезона можно отнести расширение экспозиции салона «Электротранспорт и зарядная инфраструктура», а также значительное представительство компаний из Китая. Оба тренда определяются продолжающимся «зеленым» переходом, в который все активнее вовлекается мировая экономика и её ведущие игроки. Впервые выставка RENWEX представит своим участникам и гостям структурированную деловую программу, мероприятия которой будут распределены по тематическим дням. Так, в первый день работы выставки 20 июня центром обсуждения станет тема «Возобновляемые источники энергии, зеленые инновации и энергосбережение». Второй день предложит специалистам компаний, занимающимся электромобилями и зарядной инфраструктурой, серию сессий, посвященных развитию электротранспорта в России и в мире. Теме «Микрогенерация: экономическая и технологическая эффективность» отдан завершающий день выставочной деловой программы. Внимание будет сфокусировано на вопросах практического применения технологий ВИЭ в сфере микрогенерации и малой гидроэнергетики. Источник фотографии: Пресс-служба «Экспоцентр»

СФЕРА ВИЭ.

В РФ уже сегодня проводится полный спектр работ в сфере ВИЭ. Елена Восканян Возобновляемая энергетика Центральный ФО 54 В России уже сегодня проводится полный спектр работ в сфере возобновляемой энергетики - от строительства новых мощностей на основе возобновляемых источников энергии (ВИЭ) до производства солнечных модулей с более высоким коэффициентом полезного действия. На этом акцентировал внимание Генеральный директор ФГБУ «Российское энергетическое агентство» (РЭА) Минэнерго России Алексей Кулапин 15 июня 2023 года в ходе своего выступления на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ). Он уточнил, что в следующем году в РФ также планируется наладить выпуск собственного производства лопастей для ветрогенераторов. «В настоящее время генерация электрической энергии на безуглеродных или низкоуглеродных источниках энергии в энергобалансе РФ составляет более 85%. Конечно, это не повод останавливаться на достигнутом. В РФ продолжается планомерная работа по развитию ВИЭ, оказываются соответствующие меры государственной поддержки», - подчеркнул Алексей Кулапин. Он также уточнил, что к 2030 году объем установленной мощности генерирующих объектов на основе ВИЭ в России должен составить более 12 ГВт. Это практически в два раза больше, чем на сегодняшний день, и это не считая гидрогенерации, по которой РФ является одним из мировых лидеров.